О недостаточности действующих и необходимости новых основ государственной политики в области промышленной безопасности

Новые Основы госполитики в области промышленной безопасности в среднесрочный период и на долгосрочную перспективу (далее – Основы, новые Основы) – это новое «техзадание» на будущее от Президента России всем участникам обеспечения промышленной безопасности в нашей стране (эксплуатирующим, проектным, экспертным, научным и образовательным организациям, надзорным и иным госорганам). 
Будущее – это не продолжение и не следствие прошлого, отталкивается от него, не порывая с ним. Образ будущего не сконструировать из сложившейся практики и привычных интересов настоящего. Действенный проект будущего опирается «не на расхожие мнения, а на глубинные чаяния». Если нет образа своего будущего – нет и будущего. А будет реализовываться другой проект «чужого» будущего, туда и встроят как построительный материал.
Формализованное перечисление в действующих (2018-2025 гг.) Основах того, что и так должно делаться по Закону, целесообразно сдвинуть в подвал текста новых Основ, оставить как полезную памятку. Новые Основы должны быть шире действующего законодательства, включать и опираться на него. В этом контексте целесообразно расширить наполнение понятия «промышленная безопасность» - от отдельного ОПО к большой межотраслевой системе промышленных объектов, с ее базовым энергоемким промышленным потенциалом в оборонно-промышленном, топливно-энергетическом, горно-металлургическом и химическом комплексах высокоиндустриальной страны.
По действующему законодательству стратегическое планирование в РФ разделяется на два взаимоувязанных направления – (1) обеспечение национальной безопасности и (2) устойчивость социально-экономического развития страны. Действующие основы преимущественно оказывали услуги направлению (2), а новые должны и могут служить направлению (1). Промышленная безопасность (ПБ) – вовсе не госуслуга для комфорта промышленников и предпринимателей. ПБ - не конъюнктурная подцель, а фундаментальное ограничение для безопасного и долгосрочного развития промышленности России.
Ограничения – защищают от реализации опасностей настоящего и вызревания будущих угроз (гильотинирование ограничений обрубает голову и экономическому росту, - быстрый бег «курицы с отрубленной головой» весьма не долог, но эффектен). В любых Основах должны быть обозначены крупные группы новых вызревающих угроз будущего. В отличие от действующих Основ целесообразно сосредоточится не на среднем потоке аварий на ОПО (он увядает уже давно), а на крупных авариях в межотраслевой системе ОПО (заметаются под ковер), не на среднем износе основных фондов (как «средней температуре по больнице»), а на резкой неравномерности износа как в отраслях, так и в группах производственных фондов.
Главная задача первых двух важнейших установочных разделов Основ - на новом уровне и новым языком еще раз объяснить (и даже поднять со дна) важность промышленной безопасности, иначе всех участников ее обеспечения просто распылят техрегулированием, гильотинированием, КНДреформированием, долларовой оценкой регуляторного воздействия и прочими экономоцентричными «механизмами».
Подходы к направленности Основ могут быть разные - их и нужно предметно обсуждать. Продуктивнее и безопаснее исходить из жестких «реалий на земле», усмирив внутренние ценности и предустановки, хотя бы на время обсуждения. 
Методически продуктивно первоначальное вскрытие того, чего нет в действующих Основах, или прописано уклончиво, невнятно, компромиссно. Для всестороннего обсуждения в экспертных кругах предлагаются нижеследующие вводные тезисы (1) -(11) с краткими пояснениями (1…) -(11…) о недостаточности действующих и необходимости новых основ государственной политики в области промышленной безопасности:
(1) Промышленная безопасность – важная составляющая национальной безопасности (с «хромающей» промбезопасностью и нацбезопасность станет уязвимой). В действующих основах этот вопрос затронут скупо.
(1…) Новые Основы должны четко и наглядно указать не только место ПромБезопасности в НацБезопасности, но и показать ее важность (новую актуальность) – не схожесть и пересечения с экологией, охраной труда, пожбезом, ликвидацией ЧС и др. – а принципиальные отличия (невозможность коктейлем из пож-экобеза с охраной труда и товарным техрегулированием предупредить аварийные угрозы в промышленности, тем более с акцентом на «эффектную» ликвидацию ЧС). Другими словами, раскрывая название Основ, необходимо внятно очертить собственно предметную «область промышленной безопасности», тогда будут понятны и отличия от смежных областей, и место в национальной безопасности, - это сразу задаст добротный и побудительный вектор отличительной направленности новых Основ.
 (2) Промышленность и безопасность будущего. Проблематика обеспечения промышленной безопасности в новых Основах должна быть представлена методически и государственно гораздо шире, чем уже отражено в ФЗ-116, т.е. выходить за его формальные рамки (не только упреждать известные опасности настоящего, но и готовиться к угрозам будущего, наметить «где соломки подстелить»).
(2…) Объект законодательного регулирования в ФЗ-116 – типовой «поднадзорный» опасный производственный объект (ОПО), а объект госполитики в новых Основах – большая межотраслевая система ОПО всей индустриальной страны. Предметная область Госполитики – не столько безаварийность на конкретном ОПО за отчетный период (это и ФЗ-116 может обеспечить), сколько долгосрочная стабильность промышленной безопасности во всей энергоемкой промышленности страны, в системе «поднадзорных ОПО» (временно безнадзорные сразу и попадают в аварии). Да, могут быть (и будут пока есть и нужна промышленность) аварии в отдельных точках этой системы, но главные элементы и связи большой (над ,меж ,сверх )системы промышленной безопасности всей страны должны устоять, и по выученным урокам быстро «навести адресный порядок» и в других точках напряженности большой технико-социальной системы опасных производств в целом (адаптация). В этом контексте, например, целесообразно скорректировать описываемый в «подтверждение» актуальности действующих Основ прогрессистский тренд сокращения числа аварий, устремлённый в «абсолютный нуль» (ведь одна авария в шахте не может даже арифметически складываться с одной аварией на кране и давать в сумме двойку для «тренда»). 
 (3) Промышленная безопасность и промышленное развитие в новых Основах должны занять свои беспристрастные места. Необходимо различать изменчивые и часто недостигаемые субъективные цели, и непреодолимые объективные фундаментальные ограничения.
(3…)  Промразвитие – лишь цель, а безопасность ограничивает вовсе не развитие, а сами промсистемы от гибели в авариях, не важно развиваются они или стагнируют. В постановке любой самой благой цели более фундаментальны ограничения, - цели очень часто не достигаются, а вот ограничения преступать смертельно опасно. Во всех предыдущих и действующих Основах задавался и выдерживался (хотя и скукоживался)  неолиберальный примат «экономического роста» над промышленной безопасностью (обеспечить бизнес-комфорт и инвестклимат, смести все «барьеры», обезглавить «гильотинированием» правила, переписать исторические требования безопасности в угоду рыночной конъюнктуре в индульгентных ОБ и т.п.). СВО наглядно всем показала фундаментальность безопасности и зыбкость экономического роста (в той же промышленно-развитой Германии). Только опираясь на ограничения безопасности бизнес может вскарабкаться на свой «пьедестал прогресса». Поэтому в новых Основах вся демагогия безгосударственного «свободного роста предпринимательства» должна быть вычищена или заменена на парадигму безопасного промышленного развития в нашей стране (свободного от смертельных опасностей, а не от барьеров, ограждающих бизнес от аварий, - не «административные барьеры», а «барьеры от опасностей»). 

(4) Опасностей много – а безопасность одна. Основы госполитики – о безопасности в промышленности. Но первичны – опасности и угрозы. Они объективны, во многом «стихийны» и впрямую не подконтрольны человеку (так только кажется). Подконтрольны и рукотворны системы обеспечения безопасности – защищающие нормами и правилами межотраслевой промышленный комплекс энергонагруженных производственных объектов всей страны. В новых Основах первоначально должна быть дана крупными мазкам «карта аварийных опасностей», и обозначен прогноз ее динамики на срок действия госполитики. Только зная опасности, можно создавать и обслуживать действенные системы безопасности.
 (4…) В соответствии с уже привычным риск-ориентированным подходом действующие Основы опираются на узаконенную классификацию ОПО по классам опасности. Этот базис нужно и углублять, и надстраивать в новых Основах: 
Во-первых, крайне важна актуальная «карта опасностей», по которой можно сориентироваться и наметить безопасный путь промышленного развития (да он м.б. не самый короткий и дешевый, но оставим эти задачи для разработок ВШЭ, ведь «тише едешь дальше будешь», а не «мы мчимся быстрее всех, и не важно куда»). Такое буквальное прочтение «риск-ориентирования» нужно сделать стилистическим отличием новых Основ. Понятие «риск-ориентированный» (как и «риск») уже стало расхожим и многозначным. Кто, зачем, где, в чем, как и почему должен ориентироваться – это не риторические вопросы новых Основ (в старых они явно не ставились). В свое время Ростехнадзор ввел в широкий оборот «риск-ориентирование» и должен задать в новых Основах его более глубокое прочтение.
Во-вторых, новые Основы могут сосредоточить усилия системы безопасности на первоочередном предупреждении наиболее трагических – крупных промышленных аварий (имеются соответствующие критерии, их можно обозначить рамочно). Собственно угрозы и проявления именно крупных промышленных аварий исторически и породили госнадзоры в промышленности (не только в России). Это в прошлых Основах позабылось и размазалось вульгарным универсализмом рынка – но авария аварии рознь, даже в рыночных ценах. Целесообразно в тексте новых Основ по форме и содержанию отдельно выделить опасности крупных промышленных аварий (в информационном обществе только такие аварии посредством СМИ генерируют массовые страхи обывателей; не менее трагические аварии с кранами пока таким свойством не обладают). 
 (5) Причины и предпосылки аварий. В действующих Основах причины аварий, устанавливаемые по актам расследования, плохо структурированы – нет классификации предпосылок ни по важности, ни по происхождению – даны через запятую формальным перечислением, бессистемно. В новых Основах целесообразно обозначить вполне устоявшееся разграничение предпосылок промышленных аварий на основе системного и риск-ориентированного подходов.
(5…) ОПО – сложная технико-социальная система, с неотъемлемым свойством аварийной опасности, которое определяется (обусловлено) характерным физико-химическим потенциалом значительных производственных энергозапасов и/или энергопотоков, (преимущественно в форме опасных веществ). Соответственно аварийные высвобождения этих потенциалов возможны из-за (i) внутренних технико-экономических («отказы техники») и (ii) социально-«политических» (они шире, чем фатальные «ошибки оператора» – не спроста Основы называются «политикой») сбоев в базовых элементах ОПО (человек-машина), а также (iii) из-за информационно-технологических «обрывов» внутренних и внешних связей элементов ОПО (это важнейшее место приложения инструментов цифровизации). Особняком среди причин аварий стоят (iv) внешние нерасчетные нагрузки на элементы и связи ОПО (запроектные природные и антропогенные воздействия, в т.ч. теракты, диверсии, хищения, забастовки и т.п.). К крупной аварии ведет не единственная причина (тогда легко было их купировать), а фатальная и длинная цепь из предпосылок (i)…(iv). Действующие Основы направлены на подавление преимущественно «звеньев цепи» (это нормально работает для «малых массовых» аварий). В новых Основах должен быть акцент на разрыв «цепи предпосылок» – это основной метод предупреждения крупных («непонятных») аварий. В этой связи очень важны становятся «инциденты» - ведь именно на них чаще всего обрывается «фатальная цепь» крупной аварии.  Фиксация и внутреннее расследование причин и предотвращенной тяжести инцидентов – главный источник противоаварийных знаний в СУПБ и ПК на ОПО. Если на ОПО «ноль» инцидентов – это важнейший индикатор риска нарушения обязательных требований, предвестник угрозы тяжелой аварии.

(6) Культура промышленной безопасности. Культура – это в первую очередь нормы и запреты. Самоограничениями человек выделился из природы (и быстро защитился от природных угроз в своем искусственном мире, не имея клыков тигра или шкуры мериноса). Новые угрозы стали порождаться в созданном искусственном мире, особенно в «мире техники», в техносфере, в промышленности.  Динамическая система запретов и правил составляют ядро любой национальной культуры (техническая культура России такая же отличительная ее часть, как и художественная), преумножаемой до уровня цивилизации. Современная страна немыслима без развитой технической культуры и ее ядра - культуры безопасности. Эрозия именно технической культуры – одно из оснований заполучить ярлык «нецивилизованности». Это для всей страны будет потяжелее, чем «досадный эпизод 2017» аварийной потери невежественными предпринимателями кимберлитовой трубки «Мир». Правила и нормы промышленной безопасности – важнейший кирпич культурно-исторического основания цивилизационной идентичности индустриальной России, традиционная ценность нашей страны и русской исторической культуры. 
(6…) Россия с щитами и мечами царской и сталинской индустриализаций выстояла в цивилизационном противоборстве XX века, закалилась как цивилизация в индустриальное время. Тогда же и родились первые нормы безопасного труда в промышленности. Они свою историческую задачу сделали и делают. Грядет новая индустриализация с цифровой надстройкой (постиндустриализм информационного общества). Но энергетический базис промышленности с его аварийными опасностями остается (в России уж точно), и требует должного охранения адекватными нормами и правилами промышленной безопасности. Постиндустриальная надстройка (даже роботизация) невозможна на аварийном пепелище. Главная задача новых Основ – адаптировать требования промышленной безопасности и способы их применения для обеспечения не просто новой индустриализации, а безопасного промышленного развития нашей страны в информационном обществе («многополярном мире»).

(7) Требования новой промышленной безопасности. Новая госполитика – это не столько повторение «соблюдай правила и действующее законодательства», сколько ответ на поставленный вопрос, какими должны стать правила промышленной безопасности будущего и почему (и для чего). Правила безопасности – это сгусток особых знаний, говорящих как делать нельзя. Ставят экзистенциальные запреты. Эти знания жесткого научного типа. Противоаварийная сила их существенно ослабла с деградацией отраслевой науки в перманентных реформах былой научной госполитики. Новые Основы должны обозначить важный инновационный вектор безопасной индустриализации по накоплению новых научных знаний из области промышленной безопасности (не для этой области, а из нее брать):
(7…) Каждая авария порождает трагический выплеск нового знания об обществе, хозяйстве и технике, вскрывает ранее неведомое и ударяет по невежеству. Если такое аварийное знание не усвоено и не освоено, то новые трагедии неизбежны, – деструктивная сила деятельного невежества вновь нежданно-негаданно соединит рассыпанные предпосылки. Уроки крупных промышленных аварии не вычитаешь в кейсах зарубежных учебников, почерпнуть для нас там почти нечего, – слишком разные исторические и культурные предпосылки и основы создания и обслуживания больших социотехнических индустриальных систем на Западе и в незападных странах. Ставка на подражательные реформы обернулась еще не осознанным до конца сокращением научно-технического суверенитета. В прошлое не вернуться, но будущее можно и нужно проектировать безопасным, купировать теперь понятные угрозы, выучить уроки аварий. В новых Основах требуется отразить важнейшую задачу инвентаризации всех новых аварий реформ, - нужен не их поштучный подсчет, а «информационный банк» знаний, вскрытых авариями и (не)«записанных кровью» в правилах.
(8) Безопасный Рост. Новые Основы должны и ретроспективно, и перспективно  обозначить угрозу неминуемого роста аварийных опасностей в любые переходные социально-экономические периоды – их было много позади, будут и впереди (грядет реиндустриализация, и она должна быть безопасной – без новой промышленной безопасности с силой новых научных знаний неоиндустриальной стране не обойтись, - или постигнет провал в архаизацию прикрытый потемкинской витриной):
(8…) Только в России известен и пока еще плохо изучен критический эксперимент, когда большая промышленно развитая страна устояла в резкой аварийноопасной трансформации – от внерыночного самодостаточного народного хозяйства к рыночной периферийной экономике. В первом доминировало сложение ресурсов (материальных, энергетических, информационных), а во втором – сделана ставка на обмен ресурсами в предполагаемой честной конкуренции. Такие масштабные социально-экономические реформы неминуемо порождают кризисные аварийные угрозы в больших технико-социальных системах индустриальной страны – в промышленности, в энергетике, в строительстве, на транспорте. В отличие от трагической зарубежной истории крупных промышленных аварий в реформируемой России не стали дожидаться вала трансформационных катастроф, и с началом радикального слома народного хозяйства сразу взяли опасные производственные объекты под государственный надзор с новым ФЗ-116. Свободный рынок безопасности невозможен. Свободно плодятся только новые опасности, угрозы которых профессиональный менеджмент должен умело и скрытно перенаправить на беззащитного – население, природу, нерадивого работника, т.н. «человеческий фактор» и т.п. Здесь нет подлости или аморальности менеджера, это – его исконная профессиональная обязанность, или компетенция. Защиту от такого нападения на безопасность больших социотехнических систем должны и могут профессионально организовать и обеспечить только «технари» - Инженеры с большой буквы, а не менеджеры и наемные работники. 

 (9) Инженер – хранитель правил безопасности. Новые Основы должны указать, что промышленная безопасность будущего – не рыночная гос /бизнес  услуга для честно комфортной конкуренции предприимчивых (этот вектор реформ уже признан ошибочным), а «надрыночная» ответственная социо инженерная Служба (безопасности промышленного производства России).
(9…) Главный итог реформ - не деградация техники, снижение эффективности производства, утрата техперевооружения, а исчезновение культурно-исторического типа русского Инженера (не о этничности здесь речь, все народы в России называют в мире русскими), рассыпание инженерного сообщества со своей системой знаний и ценностей (прекрасные инженеры у нас есть, а сообщество инженерное – в упадке). Технику и в Китае купить теперь можно, а инженера и промышленного рабочего на тендере не закупишь (нет такой услуги, ведь служба это), а самим очень долго и трудно придется их готовить – это главная ценность любой индустриальной страны, ее броня безопасности. А без безопасной промышленности никакой приятный и комфортный постиндустриализм не наступит – придет антимодерн, архаизация, где и менеджеры вымрут (не из чего оптимизировать будет). Нет никакой «безопасной гавани» для избранных. Но менеджеры и должны давить, и «снижать издержки», а инженеры должны объяснить ограничения, ведь защитить машину больше некому. Позади рабочий (их в первую очередь лишили своих норм и разукомплектовали в наемных работников) – отступать некуда.
Без молчаливого согласия «разрозненных» инженеров никакие менеджеры ничего не добились бы. Степень вины и ответственности разные, да. Скрутить голову промышленной стране в одиночку менеджеры неспособны. Не только сила атакующих важна. Но и стойкость обороняющихся. Три к одному силы должны быть. А в обороне все меньше Инженеров, вооруженных силой знаний о безопасности. В постиндустриальной («цифровой») России промышленная безопасность должна обеспечиваться по новым и актуальным картам опасностей и угроз, на которых главное «красное пятно», требующее сначала остановки разрастания, а затем и выдавливание деятельного менеджмент-невежества из социо-технического базиса инженерных знаний в нашей стране. В новых Основах должна быть поставлена государственная задача новой сборки российского научно-инженерного сообщества безопасной промышленности (советское распущено, а новое «рыночное» создать не удалось). Практика «рыночного рассеяния» знаний о безопасности должна быть пресечена, - в безопасности нужно не конкурировать, расчленять и обменивать, а соединять и так дефицитные социально-технические защитные ресурсы, противоаварийные знания и силы. Когда будет изобилие ресурсов – можно опять начать конкурировать, и м.б. честно. Дополнительно о состоянии инженерного сообщества в промышленной безопасности см. Приложение 3.
 (10) Безопасность – не товар и не услуга. В действующих Основах буквально записано, что «государственная политика в области промышленной безопасности является неотъемлемой частью государственной политики в сфере обеспечения экономической безопасности Российской Федерации». Это – отрыжка провалившейся реформы техрегулирования по созданию нового товара «безопасности». Не важно, что цели были прекрасные: киношные «расхитители социалистической собственности» девальвировали идеи Реформы и растеряли «кредит доверия», тащить их невежество в промышленную безопасность будущего опасно. 
 (10…) В условиях нестабильности особую роль в промышленной техносфере приобретают государственные надзорные органы. Рынок не может обеспечить безопасность, его идол – прибыль. В господствующих экономоцентичных представлениях о хозяйствовании тяжелые потери от промышленных аварий полноценно не включаются в результаты рыночного обмена и менеджмента. Авария, как особый антитовар неолиберальных реформ, изымается из рыночного товарооборота (предложение есть, а спроса нет). Страховой рынок разными способами уклоняется от покрытия катастрофических рисков крупных промышленных аварий. Основное бремя их преодоления берет на себя государство, с его надрыночным надзором и контролем. Надежды на полноценную помощь рассыпанных полурыночных профессиональных сообществ (ассоциаций, альянсов, коалиций, агентств и т.п.) не оправдались. Все неудачи и провалы реформаторами списываются на нерыночное и неправильное прошлое, или не замечаются вовсе. Ими движет не напускная жажда прогресса, а незримая «смесь страха и невежества». Господствующее кредо профессионального реформатора: реформы не могут порождать аварии, последние лишь следствие неизжитого дореформенного прошлого или незаконченности реформ. В новых Основах требуется четко дистанцироваться от техрегулирования, тем более это и в действующем законодательстве зафиксировано. Всех стучащихся в промышленную безопасность «рыночных реформаторов» следует в будущем вежливо направлять закупаться в ларек технического регулирования.

(11) Предаварийный износ основных фондов промышленности. В действующих Основах критический износ основных фондов обозначен главной причиной повышения аварийности (хотя выше по тексту дан тренд снижения аварийности). Ставка на приход «добрых иностранных инвесторов», которые наведут у нас порядок, не оправдалась. В контексте госполитики защиты экономики безопасностью в новых Основах необходимо конкретизировать новые источники не столько обновления, сколько безопасного содержания основных фондов, и «контроль безопасности» за их обслуживанием. Функция безопасного обслуживания уже созданного и работающего – более фундаментальна, чем обновление и строительство нового. Скорость обновления может отставать от скорости износа, если нет адекватного обслуживания и содержания основных фондов (это, например, наглядно видно в жилищном фонде страны). Важно не допустить девальвации обслуживания производственных фондов – это предупредительная задача госполитики безопасности, а не экономики (она – инструмент). 
(11…) Кредитный способ хозяйствования, обновления и содержания основных фондов «добросовестными инвесторами» отползает. Высокоизношенная часть промышленности не дождется, когда там цэбэставка понизится, а дождется аварий «по износу» и техобслуживанию с «перпендикулярным импортом». Вместе с тем придушен отток капитала за рубеж – денежных средств на содержание и обновление основных фондов в стране с избытком. Но их пока некуда впрыснуть. Не хватает собственного производственного и человеческого капитала, принесенных в жертву идолу подражательных реформ. Новые Основы должны закрепить «контроль безопасности» за внутренними капвложениями в отраслевую науку, профессиональное образование, промышленное строительство и производство. Госполитика промышленной безопасности должна обеспечить безопасное и сбалансированное преобразование финансового капитала (он в избытке) в преумножение производственного и человеческого (дефицитны). В любых госзадачах Основ д.б. примат критериев безопасности над показателями экономической эффективности («оценка регуляторного воздействия»). Последние зависят от рыночной коньюнктуры, а безопасность держит жизнестойкость промышленной страны (неважно с рынком или без). Подробнее о состоянии основных производственных фондов в обеспечении промышленной безопасности – см. Приложение 2.
* * *
Вместе с тем в новых Основах также необходимо: 
 - наметить перспективу перехода к риск-ориентированным показателям состояния промышленной безопасности. В настоящее время – это упрощенный и уже привычный штучный подсчет числа аварий (в действующих Основах и Госдокладах, отчетах и др.). Но аварии очень разные, с разными последствиями (экологическими, смертельными, технологическими, социально-политическими, информационными и т.д). Целесообразно ввести понятие «условной крупной аварии» (с условно «детерминированными» последствиями) и оперировать риск-ориентированными трендами фоновых уровней аварийной опасности в различных отраслях опасных производств. Подробнее о динамике традиционных и риск-ориентированных фоновых показателей опасностей аварий на опасных производственных объектах – см. Приложение 4;
- вычистить из текста Основ неуместные, идеологизированные и вредные мечтания об «управлении риском». Это странное словосочетание притащили в технику из финансов идеологи «внешнего» техрегулирования. Исторически правила безопасности порождаются и корректируются трагическими уроками катастроф и аварий. Философские потуги, что субстанция «риска» позволяет залезть в будущее, никак не подтвердились практикой перманентных финансовых кризисов и пузырей, обустроенных полчищами риск-менеджеров с передовыми «теориями риска». Незачем тащить в российскую промышленную безопасность ущербные финансовые инструменты «управления риском».
- очертить систему объектов основного приложения новой госполитики промбезопасности: индустриально-связанная (энергетически, социально, экологически экономически и т.п.) часть критически важных объектов (КВО) нашей промышленной страны – Критически Опасные Объекты.

12 ноября 2025
Гражданкин Александр Иванович, 
зав. отделом системного анализа безопасности 
Научно-технического центра 
исследований проблем промышленной безопасности